Евросоюз готов обсуждать с Россией новый «большой договор». Но что он будет собой представлять, до сих пор не ясно.

Совет Евросоюза 26 мая одобрил директивы о переговорах с Россией с целью «подписания договора, который создаст новую концепцию для российско-европейских отношений».

Российская сторона, со своей стороны, приветствуя это событие, выразила надежду, что документ станет инструментом реального сближения РФ и ЕС. Этот легкий флер оптимизма объясняется прежде всего тем, что доминирующие в политико-правовом измерении сотрудничества ЕС и РФ «дорожные карты» содержат в основном формализованные декларации о благих намерениях и потенциальных перспективах. Иными словами, они до последнего оставались всего лишь своеобразной компенсацией за отказ предоставить России участие в «большой европейской» политике добрососедства, тогда как базовое Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (середины 1990-х) уже давно неадекватно окружающим реалиям. Срок действия СПС истек в декабре 2007 года. Продление его еще на год (к концу которого, как надеются политики, «новый СПС» будет подписан) ситуацию только осложняет — особенно с учетом того, что ни структура, ни природа следующего соглашения, по признанию дипломатов с обеих сторон, еще не определены.

Украина, кстати, тоже находится «под каблуком» такого подхода — большинство документов заявляют не более чем об открытых дверях, перспективах членства и других столь же аморфных вещах. Но если для Украины вступление в ЕС является «хрустальной мечтой», то РФ, не претендующая на полноправное членство в Евросоюзе, подходит к вопросам евроинтеграции все более и более прагматично.

Тесной геополитической дружбой России и Германии уже никого не удивишь. Однако в последнее время в этих — становящихся традиционными — российско-германских связях появляются новые, причем весьма резонансные акценты. Точнее, вариации на тему вопроса «против кого дружим». Более чем показательными в этом плане стали прошедшие на этой неделе в Латвии саммит Балтийского моря и двухдневный (3–4 июля) бизнес-форум стран Балтийского региона.

Главной интригой этого мероприятия стало отсутствие на нем как канцлера Германии Ангелы Меркель, так и премьер-министра России Владимира Путина. Первая прислала вместо себя госминистра по делам Европы Гюнтера Глосера, второй «ограничился» командированием первого вице-премьера Игоря Шувалова.

Формально темой балтийского бизнес-форума были вопросы финансов (для их обсуждения в Ригу прибыли глава Альфа-банка Петр Авен и зампред Сбербанка Александр Захаров иже с ними), транспорта и энергетики. Хотя еще до начала мероприятия было понятно, что доминировать будет как раз последняя тема — именно вопросы энергетики обещают быть самыми сложными на предстоящих переговорах между ЕС и Россией. На фоне этого российско-немецкое «невысокое участие» становится более чем подозрительным.

Вопросы энергетики обещают быть самыми сложными и на предстоящих переговорах между ЕС и Россией по нескольким ключевым причинам.

Во-первых, Брюссель давно добивается от Кремля подписания Энергетической хартии. Европейцы настаивают на разделении производящих и транспортных мощностей тех российских компаний, которые поставляют энергоресурсы в Европу. Прежде всего это касается «Газпрома».

Во-вторых, Еврокомиссия по-прежнему не горит желанием допускать «Газпром» и других российских поставщиков энергоресурсов к конечным производителям в странах Евросоюза.

Кроме того, члены ЕС, попадающие в категорию ключевых транзитеров, остаются весьма несговорчивыми. Кроме польского вето можно вспомнить также вето Литвы (обвинившей Россию в прекращении поставок энергоносителей по нефтепроводу «Дружба»), на несколько месяцев блокировавшее начало переговоров о новом соглашении России и ЕС. Убедить Вильнюс снять вето и разблокировать переговоры с Москвой союз смог буквально неделю назад. Ситуацию осложняет прокладываемый по дну Балтики газопровод «Северный поток», обходящий страны Балтии и Польшу. Руководства этих государств, недовольные таким «маневром», предлагают вместо экологически и техногенно небезопасного (со времен мировых войн Балтика «напичкана» невзорвавшимися минами и потопленными кораблями) подводного газопровода строить «трубу» по поверхности. Однако Россию, не желающую попадать в зависимость от транзитных стран, такой вариант не устраивает.

Наконец, в контексте регулярных «газовых войн» России с Украиной и даже «братской» Белоруссией Евросоюз обвиняет Москву в политике газового шантажа, а посему требует гарантий безопасности, закрепленных соответственно.

И Россия, и Евросоюз сейчас находятся в своеобразной патовой ситуации: ЕС активно муссирует Энергетическую хартию, одновременно «притормаживая» «большой договор», а Россия, наоборот, пытается вывести вопросы Энергетической хартии за скобки диалога о максимальном углублении сотрудничества.

Внешним контуром этой проблемы является вступление России в ВТО, которое в Москве считают делом не столь отдаленного будущего. Из-за того, что на момент подписания СПС до членства в ВТО России было далеко, составителям приходилось отдельно регламентировать торгово-экономические нормы и стандарты, которые государства автоматически принимают, вступая в эту организацию. Если до подписания нового СПС Россия таки пополнит ряды ее членов, новый документ автоматически можно будет «сжать» почти вдвое. Вместе с тем ЕС хочет как можно детальнее прописать в нем механизмы и процедуры сотрудничества, особенно в сфере энергетики. Россия же имеет намерение «остановиться» на более общих, системно-методологических основах.

Обе стороны большие надежды возлагают на саммит ЕС — РФ в Ханты-Мансийске, однако большинство специалистов к перспективам «обоюдного удовлетворения» относятся с определенной долей скептицизма. Поэтому совпавшая с проведением балтийского саммита московская презентация книги Александра Рара «Россия жмет на газ» является знаковым событием если не на политическом, то на экспертном уровне.